Каким образом сюжет рассказа с его зигзагообразным

Каким образом сюжет рассказа с его зигзагообразным

Сюжет вписывается в общую композицию произведения, занимая в нем то или иное, более или менее важное место в зависимости от намерений автора. Существует также и внутренняя композиция сюжета. В зависимости от соотношения сюжета и фабулы в конкретном произведении говорят о разных видах и приемах композиции сюжета. Самым простым случаем является тот, когда события сюжета линейно располагаются в прямой хронологической последовательности без каких-либо изменений (Чехов «Смерть чиновника»). Такую композицию называют еще прямой или фабульной последовательностью.

Более сложен прием, при котором о событии, случившемся раньше остальных, мы узнаем в самом конце произведения – этот прием называется умолчанием. Он позволяет держать читателя в неведении и напряжении, а в конце поразить его неожиданностью сюжетного поворота (исполь-ся в произвед-х детективного жанра).

Другим приемом нарушения хронологии или фабульной последовательности является так называемая ретроспекция, когда по ходу развития сюжета автор делает отступления в прошлое, как правило, во время, предшествующее завязке и началу данного произведения («Отцы и деты» Тургенева – 2 существенные ретроспекции – предыстории жизни Павла Петровича и Николая Петровича Кирсановых).

Наконец, фабульная последовательность может быть нарушена таким образом, что разновременные события даются вперемешку; повествование все время возвращается из момента совершающегося действия в разные предыдущие временные пласты, потом опять обращается к настоящему. Такая композиция сюжета часто мотивирована воспоминаниями героев. Она называется свободной композицией (у Пушкина, Толстого, Достоевского, Чехова, Горького, поэма Твардовского «За далью – даль», романы Ю. Бондарева, Ч. Айтматова; в зарубежной литературе особенно любил эту форму У. Фолкнер).

2. Функция сюжетной линии в реализации авторского замысла.

Функции сюжета многообразны: воплощение конфликтов, раскрытие характеров, мотивировка их развития, введен») новых лиц и пр. Последовательность событий не может не бить временной и в концентрическом сюжете (при котором преобладают причинно-следственные связи), и в хрониках, и при сочетании обоих этих принципов сюжетосложения. Классическая схема концентрического сюжета включает завязку, развитие действия, кульминацию, развязку; хроникальный сюжет состоит из цепи эпизодов (часто включающих концентрические микросюжеты).

Однако повествование далеко не всегда послушно следует за хронологией. Построение рассказа всецело во власти писателя. А в произведениях с несколькими сюжетными линиями ему нужно решить, как чередовать эпизоды, в которых заняты те или иные герои. Еще одна проблема текстуальной композиции связана с введением прошлого в основное действие произведения, с ознакомлением читателя с обстоятельствами, предшествующими завязке, а также с последующим судьбами персонажей. В истории литературы выработан целый pяд приемов, решающих эти задачи: в произведении может быть пролог (предисловие), завязке обычно предшествует экспозиция, сжатый и компактный рассказ о прошлом героя называется предыстория, о его дальнейшей судьбе — последующей истории, сведения о жизни героев после основного действия могут сообщаться в эпилоге (послесловие). Благодаря этим приемам пространственно-временные рамки повествования расширяются, без ущерба для изображения «крупным планом» основного действия произведения.

В произведение могут вводиться сюжеты, внешне не связанные с основным действием, — вставные новеллы, а также притчи, басни, маленькие пьески, сказки. Традиционен и прием сюжетного обрамления, в котором вводится рассказчик (рассказчики), сообщается о найденной рукописи и пр., — словом, дается мотивировка рассказа. Обрамление может усиливать смысл, идею рассказанной истории или, напротив, корректировать рассказ, спорить с ним. Обрамление может объединять многие рассказы, создавая соответствующую ситуацию рассказывания, — традиция, восходящая к арабским сказкам «Тысяча и одна ночь», сборникам новелл «Декамерон» Дж. Боккаччо, «Кентерберийским рассказам» Дж. Чосера. А в XX в. повествовательная техника обогатилась монтажной композицией.

Как видим, организация повествования о сюжете и тем более сюжете многолинейном, а также системе сюжетов предоставляет автору возможность самого широкого выбора приемов повествования. Если естественный ход событий может быть только один, то способов нарушить его в изложении, перемешать с другими сюжетами, «растянуть» одни эпизоды и «сжать» другие — множество.

ЛЕКЦИЯ № 10. (2 ЧАСА) Методические подходы к обнаружению компонентов сюжета в системе работы с детьми младшего школьного возраста.

Чтение является одним из существенных средств воспитания младших школьников, их всестороннего развития. Потребность в чтении книг, зависит от условий обучения, направленных на формирование личности и основ читательской культуры. Произведение должно соответствовать возможностям детей по языку (чтобы они могли его самостоятельно читать), должно быть понятно в основной своей мысли, отличаться высокой поэтичностью, доставляющей наслаждение юному читателю, должно давать пищу уму и вызывать удивление, то есть увлекать детей.

Проникновение в содержание текста требует понимания многообразных изобразительно-выразительных средств языка, благодаря которым создаётся художественный образ. Так, в течение трёх лет на уроках чтения школьники приобщаются к искусству, знакомятся с художественными произведениями и получают разносторонне представление о мире в процессе чтения произведений художественной литературы и научно-познавательных статей.

Рассмотрение художественного произведения необходимо начинать не с анализа, а с синтеза. Выделение стилевых доминант также указывает на то, чем в произведении следует заниматься в первую очередь. В ходе беседы о коротком прозаическом произведении (или о балладах, песнях, баснях) учитель приучает детей последовательно отвечать на серию привычных в его устах и потому легко запоминающихся детьми вопросов, которые упорядочивают индивидуальные размышления ребенка над прочитанным: — О ком я читал?; — Что о нем (о них) узнал? (О мечтах, делах, о времени, когда это! происходило?); — Как об этом рассказано? (Что в тексте произведения заставляет меня думать о героях и происшествии так, а не иначе?).

При чтении крупнообъемных повестей о путешествиях и приключениях (настоящих или вымышленных) какого-то героя, логика размышлений о прочитанном регулируется несколько иными вопросами: — Кто, когда и зачем пустился в это путешествие или попал в ситуацию приключений? — Что случилось с ним сначала? потом? в конце концов?; — Как он вел себя в минуты побед и поражений?

Читая крупнообъемные повести и романы для детей, где ставятся социально значимые вопросы и где герои делятся на противостоящие группы, ход рассуждений о прочитанном может быть таким: — Подумай и ответь, с чего начались в данном произведении главные события; — Выдели главного героя, постарайся перечислить всех героев и одним-двумя предложениями рассказать самое главное о каждом.

Серии подобного рода вопросов помогут в системной работе на художественным произведением, а именно в дальнейшей работе по обнаружению компонентов сюжета. После четырех-пяти построений серии приведенных выше вопросов учителя, дети навсегда осваивают их и запоминают последовательность.

При системной работе над компонентами сюжета с детьми младшего школьного возраста необходимо учитывать понятие доступности сюжета. Содержание произведения будет доступно только тогда, когда доступными будут язык произведения, его художественные особенности, когда оно будет соответствовать и даже несколько опережать уровень психического и интеллектуального развития ребенка. Одним из показателей доступности книги для школьника будет интерес к ней и желание слушать ее чтение.

Занимательность сюжета — один из существенных принципов отбора книг для детского чтения, тесно связанный с таким принципом, как динамичность. Младшему школьнику пока еще нужна быстрая смена событий, которые привлекут его своей остротой, необычностью, займут его внимание тайной, напряженностью повествования. Сюжет вялый, затянутый, имеющий множество побочных линий, связь которых не может уловить ребенок, неинтересен. В систему работы по подготовке к обнаружению компонентов сюжета следует включить принцип рассказывания эпических произведений. Для этого следует выбирать небольшие по объему динамичные тексты. Повествование можно сочетать с выразительным чтением.

Одним из подходов к обнаружению компонентов сюжета следует назвать словесное рисование. Оно сводится к устному изображению недостающего в произведении и способствует развитию воображения и творческого потенциала младшего школьника. Этот прием учит вчитываться в текст, запоминать детали, органично дополнять его представлением о том, что может быть.

Еще одним приемом, который производит эффект в среде младших школьников, может быть «письмо от автора» или литературного героя. С помощью «письма от автора» можно рассказать биографию писателя или поэта, а «письмо от литературного героя» поможет познакомить с историей создания произведения, развить интерес к чтению текста, настроить на слушание. В процессе длительного чтения произведения с помощью «письма от героя» можно пересказать ту часть текста, которая не будет читаться, а в дальнейшем поможет определить компоненты данного сюжета.

Мистификация такого рода допустима, во-первых, потому, чтошкольники уже понимают ее смысл и видят в ней способ разнообразить работу по чтению текста. Во-вторых, мистификация является литературным приемом, цель которого — вызвать интерес к произведению, увлечь, заинтриговать читателя.

Для выявления компонентов сюжета можно использовать и такой вид анализа — «вслед за автором»,т.е. тот вид, где соблюдается логика развития действия. Анализ художественного текста ведется путем постановки вопросов. Дети должны привыкнуть к тому, чтобы выслушать вопрос, понять его суть и ответить в соответствии со значением вопроса, не уходя от него, не расширяя и не сужая его смысл. Отвечая на вопрос, он вдумывается в текст, запоминает его содержание, улавливает с помощью взрослого особенности формы, использует язык писателя в своей речевой практике.

Вопросы для анализа художественного текста должны быть доступными для детей. Все слова должны быть понятны, точны, оправданны. Доступность вопроса предполагает ясность смысла, конкретность ответа. Чем грамотнее задан вопрос, тем точнее будет ответ. Ребенку нельзя задавать так называемые двойные вопросы: где и почему? кто и где? и т.д., чтобы не рассеивать внимание, нацеливать на один, но верный и глубокий ответ. Существуют еще так называемые наводящие вопросы, т.е. те, которые дополняют главный вопрос, помогают ребенку более глубоко и целенаправленно раскрыть его. Но взрослый должен отличать наводящие вопросы от подсказывающих, которые нельзя задавать детям, так как в них фактически содержится ответ на вопрос. Бессодержательные вопросы типа «Что ты еще можешь сказать?» или «А кто еще что скажет?» не должны звучать в ходе анализа. В противном случае, работа над обнаружением компонентов сюжета может значительно затрудниться.

Одним из важных методических подходов при обнаружении компонентов сюжета является превращение учителем художественного произведения из обязательного учебного упражнения в серьезный, интересный и полезный для школьников разговор о литературе, ее особенностях как вида искусства, ее воздействии на человека, разговор, который никогда не надоест, так как с его помощью решаются жизненно важные, существенные для ребенка вопросы: станет ли тайное явным; можно ли вернуть молодость и нужно ли это делать; что такое природа и каково место человека в ней и т.д. Анализ сюжета произведения помогает удерживать в детях интерес к миру, любопытство, пытливость, учит думать, сопоставлять.

Рассмотрим один из подходов работы над сюжетной организации волшебной сказки (согласно классификации В.Я. Проппа) “Иван-царевич, Жар-птица и серый волк”. Предлагаемая методика изучения сюжета волшебной сказки опирается на труды А.Н. Веселовского, Н.М. Ведерниковой и В.Я. Проппа.

Работа по изучению сюжета состоит из нескольких этапов:

· уяснение основных мотивов сюжета, обнаружение причинно-следственных связей между ними;

· определение отдельных функций – действий персонажей, характерных для целого ряда волшебных сказок;

· выделение так называемых “сюжетных вех”, или элементов сюжета (завязки, развития действия, переломного момента, кульминации, развязки);

· соотнесение каждого элемента сюжета с характерами действиями и поступками героев.

Началом работы над сюжетом сказки станет выделение ее экспозиции как начального звена в построении сказочного сюжета. Далее необходимо выделить завязку сказочного действия, когда происходит событие, предопределяющее дальнейший ход сказки. Дети соотносят с завязкой функцию отправки героев из дома на поиски Жар-птицы и сделали вывод, что именно это событие и стало началом приключений главного героя. Анализируя эпизоды, характеризующие развитие действия, дети выделяют функцию запрета и его нарушения (эпизоды похищения Жар-птицы и золотогривого коня). При рассмотрении эпизода, когда братья убивают Ивана-царевича, учащиеся отмечают особую напряженность этого момента, определив тем самым кульминацию сказки; здесь же были отмечены функции братьев как “ложных героев”, несущих зло, и функция волка – “чудесного помощника”, воплощающего идею добра. Победа добра над злом названа в качестве развязки сюжета. Особое внимание детей мы обращаем на концовку сказки, выполняющей роль сказочного эпилога.

В работе над зачином и концовкой волшебных сказок дети должны уловить их повторяемость из сказки в сказку и в то же время их варьирование, многообразие. Уже в 1-2 классах автор вводит литературоведческие термины “зачин” и “концовка”, опираясь на этимологию этих слов. При этом важно, чтобы дети усвоили функцию зачина и концовки как устойчивых приемов сказочного повествования и их информативную функцию.

Младшие школьники вполне способны понять закономерность такого сюжетного построения сказки на основе выделенной схемы, ее сюжетной организации и даже придумать свои сказки, в которых были бы отражены основные элементы сюжета. Таким образом, обнаружение компонентов сюжета художественного текста — важный вид работы с литературным произведением. Его цель — более глубокое постижение смысла читаемого, художественных особенностей текста, творческой индивидуальности автора. Научить младшего школьника анализировать сюжет художественного произведения — значит воспитать в нем талантливого читателя, ценителя литературы, интересного человека, восприимчивого к искусству.

ЛЕКЦИЯ № 12. (2 часа) Герой, автор и читатель в художественном произведении. Типы авторской эмоциональности.

1. Категория автора.Автор есть создатель литературного произведения. В литературоведении это слово употребляется в нескольких значениях. В первую очередь необходимо провести грань между автором реально-биографическим и автором как категорией литературоведческого анализа. Во втором значении мы понимаем под автором носителя идейной концепции художественного произведения. Он связан с автором реальным, но не тождествен ему, поскольку в художественном произведении воплощается не вся полнота личности автора, а лишь некоторые ее грани (хотя часто и важнейшие).

С автором как реальным биографическим лицом и с автором как носителем концепции произведения не следует путать образ автора, который создается в некоторых произведениях словесного искусства. Образ автора – это особая эстетическая категория, возникающая тогда, когда внутри произведения создается образ творца данного произведения. Это может быть образ «самого себя» («Евгений Онегин» Пушкина, «Что делать?» Чернышевского), либо образ вымышленного, фиктивного автора (Иван Петрович Белкин у Пушкина).

2. Читатель и автор.Обдумать прочитанное, разобраться в причинах испытанных эмоций стремится читатель. Потребность в интерпретации произведений органически вырастает из живых, бесхитростных читательских откликов на него. Непосредственные импульсы и разум читателя соотносятся с творческой волей автора произведения весьма непросто. Обсуждая проблему «читатель — автор», ученые высказывают разнонаправленные, порой даже полярные одно другому суждения. Они либо абсолютизируют читательскую инициативу, либо, напротив, говорят о послушании читателя автору как некой непререкаемой норме восприятия литературы.

Однако все же, читателя ведет автор, и он требует послушания в следовании его творческим путям. И хорошим читателем является тот, кто умеет найти в себе широту понимания и отдать себя автору. Наиболее чуткий читатель всегда склонен перечитывать выдающееся художественное произведение несколько раз. Такова норма (иначе говоря, лучший, оптимальный «вариант») читательского восприятия. Осуществляется она каждый раз по-своему и далеко не всегда в полной мере. К тому же авторские ориентации на вкусы и интересы читающей публики бывают самыми разными. И литературоведение изучает читателя в различных его ракурсах, главное же — в его культурно-исторической многоликости.

3. Герой.Обычный прием группировки и нанизывания мотивов — это выведение персонажей, живых носителей тех или иных мотивов. Принадлежность того или иного мотива определенному персонажу облегчает внимание читателя. Существуют приемы, помогающие разобраться в самой массе персонажей и их взаимоотношениях. Персонаж надо уметь узнать, с другой стороны, он должен привлекать внимание в большей или меньшей степени.

Приемом узнания персонажа является его «характеристика«. Под характеристикой мы подразумеваем систему мотивов, неразрывно связанных с данным персонажем. В узком смысле под характеристикой разумеют мотивы, определяющие психологию персонажа, его «характер».

Простейшим элементом характеристики является уже называние героя собственным именем. В более сложных построениях требуется, чтобы поступки героя вытекали из некоторого психологического единства, чтобы они были психологически вероятными для данного персонажа (психологическая мотивировка поступков). В таком случае герой награждается определенными психологическими чертами.

Характеристика героя может быть прямая, т.е. о его характере сообщается непосредственно или от автора, или в речах других персонажей, или в самохарактеристике («признаниях») героя. Часто встречается косвенная характеристика: характер вырисовывается из поступков и поведения героя. Частным случаем косвенной или наводящей характеристики является прием масок, т.е. разработка конкретных мотивов, гармонирующих с психологией персонажа. Так, описание наружности героя, его одежды, обстановки его жилища (например, Плюшкин у Гоголя) — все это приемы масок.

В приемах характеристики персонажей следует различать два основных случая: характер неизменный, остающийся в повествовании одним и тем же на всем протяжении фабулы, и характер изменяющийся, когда по мере развития фабулы мы следим за изменением самого характера действующего лица. Персонажи обычно подвергаются эмоциональной окраске. В самых примитивных формах мы встречаем добродетельных и злодеев. Положительные и отрицательные «типы» — необходимый элемент фабульного построения. Следовательно, персонаж, получающий наиболее острую и яркую эмоциональную окраску, именуется героем. Герой — лицо, за которым с наибольшим напряжением и вниманием следит читатель. Герой вызывает сострадание, сочувствие, радость и горе читателя.

Литературный герой– это художественный образ, одно из обозначений целостного существования человекав искусстве слова. Данный термин имеет двоякий смысл. 1) Он подчеркивает господствующее положение действующего лица в произведении (как главногогероя в сравнении с персонажем). 2) Под термином «Л. г.» понимается целостный образ человека — в совокупности его облика, образа мыслей, поведения и душевного мира. Данный термин в его узком значении приближен к термину «характер», и обозначает внутренний психологический разрез личности, ее природные свойства, натуру.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:



Источник: studopedia.ru


Добавить комментарий